Анри Матисс

Сведения о заболеваниях щитовидной железы становились в начале прошлого, XX века, достоянием уже не только врачей, но и художников. Посмотрите как многословно, путая как проявления гипер-, так и гипофункции железы, пишет Луи Арагон.

Что касается Энгра, то критики и врачи (я имею в виду наш век, когда получила развитие эндокринология) нередко подмечали в его картинах - и не только у женщин, а подчас и у мужчин - специфический характер шеи и других частей тела, где ощутимы последствия нарушений секреции щитовидной железы. Все они обычно прикрываются медицинским авторитетом профессора Леньеля-Лавастина, посвятившего этому вопросу статью, опубликованную тому сорок лет в журнале Эскулап, где говорится следующее: Шея женщин Энгра составляет первую главу семиологии тела, отмеченного нарушением функции щитовидной железы… В сущности эта статья во многом повторяла то, что было отмечено уже ранее в том же журнале простым интерном Версальского госпиталя г-ном Вердье… Он написал свою статью после выставки Энгра в галерее Жоржа Пти. К проблеме, возникающей, как он выражается,в связи с женским типом Энгра, он переходит только на третьей странице:

Я прежде всего отметил,- писал он,- что на большинстве набросков и картин Энгра у женщин очень широкая шея, кожа которой приподнята спереди, а щитовидная железа весьма развита и подчас даже гипертрофирована почти до зоба. И так как, с другой стороны, эти пухлые женщины неизменно отличаются явным ожирением, я задал себе вопрос, нет ли тут причинной связи. Всем им, таким образом, свойствен гипотиреоз при гипертрофии железы, так что их можно было бы великолепно использовать как иллюстрации к книге Ротшильда и Леви о физиопатологии щитовидной железы.

Этот тип неизменно возникает в творчестве Энгра, словно лейтмотив в музыкальном произведении, всегда подобный самому себе, но всякий раз с легкими вариациями…

В этом женском типе представлена почти вся наружная симптоматика гипофункции щитовидной железы: весьма развитая шея с выступающими и гипертрофированными долями щитовидной железы, пассивная и томная мягкость лица с полными щеками, пухлыми губами, ртом более развитым в вышину, чем в ширину, большими бархатными глазами, лишенными блеска, очень округлые и крупные руки (почти отечные у женщины с ребенком на картине Святой Симфорион), пышно развитые плечи, под плотью которых полностью скрываются выступы и неровности костей, кожа живота, создающая впечатление, что если попробовать ее ущипнуть, она заполнит вам ладонь, более или менее тонкие сочленения, иногда припухшие, весьма мясистые ляжки с дряблой, лишенной мускулов тканью, которые тяжело расплющиваются одна о другую и почти заполняют складку лобка, не оставляя " между собой просвета", если употребить жаргон художественных мастерских.

Следующих строк, принадлежащих перу г-на Лапоза, самого пылкого и просвещенномго из энгристов, которые были написаны отнюдь не в медицинских целях, вполне достаточно, чтобы дать нам представление о гипотиреозе:

"Энгр любил в женщине прекрасные округлые линии, пышность форм, а также ту внутреннюю покойность и беспечность, которую обычно несет с собой приятная полнота. Идеал женщины у него совершенно восточный. У него не найдешь ни лихорадочного блеска глаз, ни тонких трагических лиц, ни страстной тревоги Леонардо, ни воздушного танца гибких тел и галлюцинирующего взгляда боттичеллиевых девственниц, уносимых грезами, сжигаемых безумьем сверхчеловеческих соблазнов… Женщины Энгра - существа покорные, которые предпочитают ни о чем не думать и охотнее всего возлежат на диванах. Случай ли поставляет ему модели, столь соответствующие его вкусу, или это результат особого предвидения?"

Далее художественный критик начала века демонстрирует неплохие познания в эндокринологии - он пишет "В настоящее время устанавливается связь между щитовидной железой и беременностью, в течение которой наблюдается повышение активности этой железы, влияющей также, иногда весьма заметно, на процессы кормления".

Далее Арагон перечисляет картины Матисса, в которых, по его мнению, также регистрируется патология щитовидной железы:

Алжирка (музей современного искусства, Париж)
Дама в зеленом (Эрмитаж, Ленинград)
Лоретта и Айша (частная коллекция, Нью-Йорк)
Зеленая гандура (Нью-Йорк)
Лоретта на черном фоне (Токио)
Лоретта в розовом кресле (Берн)
Две сестры (Денверский музей).